postheadericon Коллективная охота

виды почв http://racechrono.ru/

Как охотятся волки за косулями в степях Казахстана, мне привелось наблюдать самому. Я возвращался берегом Тобола с утиной охоты. Августовская ночь была дивно хороша, до дома оставалось еще порядочно, и я решил заночевать в степи.
Поужинав и посидев немного у костра, я забрался на стог. Полная луна уже высоко поднялась над горизонтом, и в степи было светло как днем. Спать не хотелось, я лежал на душистом сене и прислушивался к пересвисту куличков, тяжелым всплескам рыбы в реке. Вдруг издалека донесся какой-то разноголосый переливчатый не то лай, не то вой. Постепенно он приближался, послышался топот, и метрах в трехстах показалась косуля, преследуемая по пятам волками. Три волка бежали сзади, два по сторонам, наравне с косулей. Очевидно, гон шел давно и косуля уже выбилась из сил. Когда она приблизилась к стогу метров на семьдесят, левый волк прыгнул, косуля метнулась вправо, но тут ее схватил за горло другой хищник.


Быстро вскинув ружье, я выстрелил дуплетом, но дроби крупнее четверки у меня не было. Волки шарахнулись в сторону и, отбежав полсотни метров, остановились. Я перезарядил двустволку, Волки продолжали стоять и смотреть в мою сторону, затем двое из них сели.
Волки редко нападают на человека, тем более летом, но все же со — тога я слезать не рискнул. Наверное, с час волки бродили вокруг, а потом ушли, не отважившись приблизиться к косуле; когда рассвело, я слез со стога и подошел к косуле: у нее было разорвано горло и почти совсем оторвана задняя нога.
Стаей волки могут загнать не только косулю, но и могучего лося. Чаще всего лесной великан становится добычей волков по насту, который держит волка, а под тяжестью лося проваливается. Тогда сохатый не может далеко убежать — острая ледяная корочка до крови режет ему ноги, и даже крупный рогач принужден вскоре остановиться. И тут разгорается бой не на жизнь, а на смерть. Часто не один волк гибнет под копытами лося, но в конце концов дружная стая почти всегда выходит победителем.
Иначе волки охотятся за собаками. Один из волков, обычно волчица, выходит навстречу собаке. Когда собака заметит ее, волчица или делает вид, что боится, — поджимает хвост, пятится; или же заигрывает с собакой — ложится, катается по земле. Собака подходит поближе, волчица потихоньку убегает и завлекает ее в засаду, где спрятались остальные волки. Когда собака заметит волков, бывает уже поздно, волки бросаются на нее и разрывают на части.
Американские степные волки — койоты — пользуются тем же приемом, чтобы отвлечь собак, стерегущих стадо овец. Вначале самый быстроногий койот бросает собакам вызов, а затем, притворяясь больным, то подпускает их совсем близко, то трусливо убегает вперед и так заманивает собак все дальше и дальше от стада. Тем временем другие койоты разгоняют овец во все стороны и режут поодиночке.
Дикие собаки часто охотятся загоном. В охоте принимают участие большие стаи, по 30–40 и более собак. Одна группа, подобно стрелкам на облаве, занимает номера, а другая выполняет роль за гонщиков. Особенно смело и организованно охотятся африканские гиеновые собаки. Большой стаей они отваживаются нападать даже на львов, и обычно «царь зверей» старается уклониться от такой встречи.
Так же иногда охотятся львы: основная часть «прайда» — группы львов, живущих совместно, — залегает в высокой траве или кустарнике, а один или два льва подбираются к стаду антилоп или зебр с противоположной стороны и ворчанием гонят их на затаившихся львов.
Настоящие коллективные охоты за рыбой организуют пеликаны. Нырять, как большинство рыбоядных птиц, они не могут. У них под кожей расположены воздушные мешки. Они не дают возможности пеликану погрузиться — вода выталкивает их на поверхность, как пробку, Поэтому они могут ловить рыбу только около поверхности, а здесь рыба осторожна и, заметив врага, сразу же скрывается в глубине. Но пеликаны «нашли выход» и без обеда не остаются. Облюбовав какую-нибудь мелкую заводинку, они выстраиваются полукругом у ее устья и плывут, постепенно сближаясь, оглушительно хлопая по воде крыльями. Испуганные рыбы устремляются в глубь бухточки. Пеликаны сплываются все теснее и теснее и в конце концов загоняют рыбу в угол. Тогда вступают в дело огромные клювы, и редкой рыбе удается прорваться сквозь «живой невод».
В узких протоках между камышами пеликаны поступают иначе. Они разделяются на две группы. Каждая выстраивается в одну линию и плывет навстречу друг другу. Когда шеренги сблизятся, пеликаны легко вылавливают согнанную в стайку рыбешку.
Рыбы-парусники славятся не только своим мечом-парусом и вкусом мяса, но и коллективными облавами, которые они устраивают. Сначала парусники отделяют от огромного косяка сардин небольшую стайку. Затем, медленно сближаясь, они сгоняют рыбу в кучу, высоко, как закол, выставив паруса и пустив в ход мечи, и вскоре расплываются, набив желудки вкусными сардинами.
Сообща действуют самые страшные хищники океана — косатки. Неоднократный участник многих океанологических экспедиций Б. А. Занкевич так описывает охоту косаток:
«Косатки действовали подобно волкам на суше: они окружили группу моржей со всех сторон, причем с боков ровной линией, в затылок одна другой, двигались по 6–7 косаток, навстречу моржам шло 5 и позади до 10… Одна из косаток, шедшая позади моржей, ворвалась в стадо и разделила его, а затем к этому же месту подоспели остальные, и вода закипела, как в котле.
Такое же планомерное побоище наблюдал я с самолета-амфибии, на котором летал над Анадырским заливом в поисках китов. Моржи, голов 60–70, шли с моря по направлению к мысу Преображения, и их окружала группа косаток общим числом до 15 голов. Мы сделали несколько кругов над этим местом на высоте 40–50 метров и могли проследить тактику хищниц. Точно так же, как и в первом случае, косатки плотно окружали моржей, а затем два высоких плавника появились среди группы моржей, которая разделилась на несколько мелких, голов по 10–12 в группе, и с одной из этих групп косатки разделались по-своему, по-видимому, всех разорвав, так как остальные моржи снова соединились в компактную группу и поплыли к берегу, а обреченная группа скрылась в сильном буруне».
Известный английский полярный исследователь Роберт Скотт описал в своем дневнике, каким остроумным способом группа косаток пыталась достать выгруженных на льдину собак. Нырнув под льдину, косатки приподняли ее. При этом льдина накренилась и раскололась, и собаки только чудом не сползли в воду. По-видимому, таким же способом косатки охотятся на лежащих на льдине тюленей.
Поговорка «один в полене воин» как нельзя лучше применима к муравьям. Одна «мурашка» никому не страшна, а сотни тысяч муравьев — это уже грозный охотничий коллектив.
Вот отправляется в поход колонна кочевых муравьев. Впереди туда и сюда шныряют разведчики, на флангах — солдаты — крупные муравьи с огромными острыми челюстями. Колонна движется «челноком», как охотничья собака, обыскивая каждую ложбинку, каждый укромный уголок. Все живое, оказавшееся на пути извивающейся как змея муравьиной лавины, спешит спастись бегством. Застигнутые врасплох пауки, гусеницы, змеи… мгновенно разрываются на кусочки. От «домашних птиц, — как пишет И. Халифман, — если их не выручить своевременно, остаются после такого набега только пух и перья, да и от млекопитающих могут остаться иногда только рожки да ножки; даже крупные животные расщипываются на мельчайшие части. Известен случай, когда содержащийся в клетке леопард был за ночь уничтожен кочевыми муравьями».

Комментарии запрещены.